Science Corporation завершила первую имплантацию своего визуального протеза PRIMA пациенту со Старкардтом — наследственным заболеванием сетчатки, которое приводит к постепенной дегенерации светочувствительных клеток и необратимой потере зрения. Процедура прошла в мае в госпитале Sydney Eye Hospital в Австралии. Это значительный прогресс для стартапа, основанного Max Hodak после его уход из Neuralink, и демонстрирует практическую применимость технологии за пределами дорогих нейротехнологических гонок между крупными корпорациями.
Устройство представляет собой микрочип размером 2 на 2 миллиметра, который помещается в заднюю часть глаза, где произошла деградация фоторецепторов. Пациент носит специальные очки с камерой, которая передаёт изображение на имплант, по сути заменяя функцию повреждённых светочувствительных клеток. Уже при первой реабилитационной сессии пациент смог распознать букву, при второй — прочитать слово. Это неплохой результат, учитывая, что поле зрения устройства пока ограниченно: Hodak сравнил его с «взглядом через соломинку» — чёрно-белое изображение высокого контраста с хорошей резкостью, но узкой областью видимости.
Ограничения текущего поколения очевидны и честно признаются разработчиками. Два миллиметра — это очень мало для полноценного зрения. Следующий этап предполагает увеличение поля зрения за счёт более крупного имплантата и уменьшения размера электродов для лучшего разрешения. Hodak заявил, что на горизонте есть улучшенная версия, которая попадёт в клинические испытания на людях в течение года, а за пять лет компания надеется приблизиться к естественной остроте зрения. Это амбициозно, но не звучит как пустая маркетинговая болтовня — в медицине любой видимый прогресс от нуля к чему-то — это реальный результат.
PRIMA уже коммерчески доступна в Европе для пациентов с географической атрофией сетчатки (тяжёлая форма возрастной дегенерации жёлтого пятна). Старкардт — другое заболевание, и его таргетирование показывает, что компания пытается расширить применимость технологии. Около 150 тысяч человек во всём мире потеряли зрение из-за этого заболевания, и текущий медицинский консенсус считает его неизлечимым. Имплант хотя бы даёт надежду на частичное восстановление функции.
Более интересный контекст — это позиционирование Science Corporation по отношению к более широкой повестке BCI. Hodak считает ретинальные протезы, кохлеарные имплантаты и моторные протезы частями одного спектра — всё это интерфейсы между нервной системой и электроникой. Компания работает над собственным чисто неврологическим BCI, который будет располагаться на поверхности мозга (в отличие от Neuralink, который внедряется в мозговую ткань). Долгосрочная стратегия включает адресацию нейродегенеративных и цереброваскулярных заболеваний. Hodak даже предположил, что со временем люди будут нуждаться в каких-то BCI к 60–70 годам для поддержания когнитивных способностей, но это уже явно в области спекуляций и долгосрочного видения, не конкретных планов.
Российский рынок медицинского оборудования в этом контексте практически не развит в направлении высокотехнологичных нейропротезов — регулятивные барьеры и затраты на R&D делают это уделом государственных научных центров и международных корпораций. Однако рынок восстановительной медицины и реабилитационных технологий в России растёт, и в будущем, когда такие устройства станут доступнее, российские частные клиники и реабилитационные центры могут быть потенциальными адаптерами и дистрибьюторами подобных решений. Сейчас это ещё слишком ранний этап, и локальные инновации здесь крайне редки.
Главное, что нужно понять: это не революция и не массовое спасение зрения завтра. Это доказательство концепции, которая работает хуже, чем здоровое зрение, но лучше, чем полная слепота. Компания честно говорит о текущих ограничениях и показывает план развития. В индустрии нейротехнологий много шума и преувеличений; здесь же видна реальная клиническая работа с реальными пациентами. Это более интересно, чем очередной объявленный прорыв в ИИ или очередной краш крипто-проекта.