История Дэвида Дурмана, администратора Кентуккийского университета, парадоксальна на первый взгляд: атеист получил религиозное освобождение от использования ИИ на работе. Но на самом деле это логичный шаг в расширении трудовых прав, хотя и вскрывает любопытные щели в американском законодательстве.
Дурман не верит в бога, но исповедует гуманизм — этическую систему, которая центрирует внимание на благополучии человека, критическом мышлении и активном применении разума. Когда ИИ начал внедряться в его рабочие процессы, он обратился в Американскую ассоциацию гуманистов (AHA) за помощью в формировании правовой позиции. Его аргумент прост: использование AI подрывает моральный агентизм человека, ослабляет критическое мышление и замещает человеческое творчество — это противоречит его убеждениям о том, как должно работать общество.
Ключевой момент здесь не в том, работает ли его аргумент логически (вопрос спорный), а в том, что университет его принял. Законодательство о религиозных освобождениях в США применимо не только к верующим людям — оно охватывает любые глубокие, искренние убеждения нравственного характера. Это открывает дверь для других людей с нерелигиозными мировоззрениями (агностиков, атеистов, последователей светских философий) требовать аналогичных защит.
Дурман не первый — до него аналогичное освобождение получила Эрин Маус, инженер-программист и унитарианка. Но его случай примечателен как первое публичное защищаемое освобождение именно светского гуманиста. При этом в его роли поддержка ИИ пока не была обязательной — скорее речь идёт о превентивной позиции на будущее, если технология станет нормой.
Для российского бизнеса этот сценарий менее вероятен из-за отличий трудового законодательства, но концептуально он актуален. В условиях растущего внедрения ИИ в процессы документооборота, аналитики и контента, вопрос о правах сотрудников на частичный отказ от автоматизации может встать и здесь. Пока что крупные компании решают это через политику переквалификации и переобучения, но если региональное законодательство будет развиваться в сторону защиты прав труда, вопрос о моральных и идеологических возражениях против определённых технологий может стать актуальнее. Некоторые российские компании уже используют гибридные подходы, сохраняя возможность ручной работы параллельно с AI-ассистентом, что де-факто решает проблему без эскалации.
Широкое значение этого прецедента — это сигнал, что определение «религиозных убеждений» в трудовом праве будет расширяться. Это создаёт для работодателей новый класс разумных запросов об освобождении: если человек может доказать, что его мировоззрение (даже нерелигиозное) основано на серьёзной моральной философии, он может потребовать приспособления к его позиции. Раньше это касалось меньшинств с чёткой религиозной принадлежностью. Теперь граница размывается.
С практической точки зрения, это также указывает на растущую социальную и правовую фрагментацию вокруг ИИ. Люди начинают искать не просто альтернативные инструменты, а правовые способы избежать их использования вообще. Это может стать проблемой для компаний, которые ставят ставку на полную автоматизацию: если достаточное число сотрудников получат право отказа, интеграция затруднится. Впрочем, для позиционирования себя как «этичной» компании это может быть даже полезно.
Алексей Мартыненко
Главный редактор SPV News
История Дурмана интересна не столько самим решением, сколько тем, что оно легализует новый тип возражений против технологии. Американское трудовое право исторически защищало религиозные убеждения, но теперь это распространяется на светские философии. Это создаёт прецедент, когда работодатель не может просто навязать инструмент, ссылаясь на производительность — нужно считаться с личными убеждениями, даже если они не религиозны. Вопрос в том, насколько далеко это распространится: сможет ли человек отказаться от любого ИИ-инструмента или только от критичных для его работы? Судя по университетскому решению, логика такова: если я могу эффективно работать без этого, моральные возражения уважаются. Но когда ИИ станет действительно обязателен для должности, возможны серьёзные конфликты.