TechCrunch Disrupt 2026 в Сан-Франциско (13–15 октября) проведёт специальную сессию о де-экстинкции и роли ИИ в восстановлении природы. Главный спикер — Бен Лэмм, основатель Colossal Biosciences, компании, которая привлекла более миллиарда долларов на проект воскрешения вымерших животных через синтетическую биологию и искусственный интеллект. Сессия так и называется: «Можем ли мы спроектировать возвращение природы?» — и это не просто про технологию, а про глубокие вопросы о смысле и границах такого вмешательства.
На поверхности новость выглядит как очередной tech-хайп о чудо-инновации. Но реальная суть интереснее. ИИ действительно становится инструментом научных открытий в биологии: алгоритмы анализируют генетические данные быстрее, чем человек, моделируют сложные биосистемы, ускоряют поиск решений. Это работает. Однако применение этого к де-экстинкции — к воскрешению, скажем, мамонта — поднимает вопрос не технический, а стратегический: стоит ли тратить ресурсы на проекты, которые звучат как научная фантастика, когда нужно спасать экосистемы, которые разрушаются прямо сейчас?
Colossal Biosciences получила серьёзное финансирование, её проекты вроде восстановления генома дронтая или шерстистого мамонта активно освещаются в медиа. Но это также служит примером, как маркетинг может затмевать практику. Компания заявляет о де-экстинкции как о инструменте консервации, однако критики справедливо указывают: если у вас есть миллиарды на восстановление вымершего вида, почему не потратить на защиту видов, которые вымирают прямо сейчас? ИИ может помочь в том и в другом, но приоритеты важны.
Со стороны технологии интерес понятен. ИИ-системы действительно анализируют геномы, предсказывают функции белков, помогают дизайну синтетических организмов. Это применимо не только к де-экстинкции, но и к современной медицине, сельскому хозяйству, экологическому мониторингу. Самая полезная часть работы Colossal — не воскрешение мамонта, а разработка методов синтетической биологии, которые могут быть использованы куда шире.
Для российского бизнеса эта дискуссия актуальна, хотя и не очевидно. Если говорить конкретно: ИИ-инструменты для анализа биологических данных, для моделирования экосистем, для поддержки консервационных решений — это реальные инструменты для компаний, работающих в агробизнесе, экомониторинге, фармацевтике. Российские компании в области синтетической биологии и биоинформатики только начинают развиваться, и понимание того, как ИИ интегрируется в эту область, важно для конкурентоспособности. Платформы для анализа генетических данных, автоматизация лабораторных процессов, прогнозирование биологических систем — это не фантастика, это текущие задачи.
Сессия на Disrupt интересна не столько самой де-экстинкцией, сколько потому, что поднимает серьёзный вопрос: как ИИ переходит из цифрового мира в живую природу, и кто решает, куда его направить. Для фаундеров в deep tech и life sciences это — шанс услышать от человека, который работает на границе возможного, что означает реально идти в этом направлении. Но читать это нужно критически: хайп про вымерших животных не должен заслонять прозаичные, но более срочные задачи спасения живущих экосистем.