Хестер Пирс, известная критикой текущего подхода SEC к цифровым активам, положительно оценила новый регуляторный режим, предложенный Комиссией. По её словам, предложение устраняет ключевые проблемы действующих правил, которые она долгое время считала неприменимыми к криптовалютам и блокчейн-проектам. Пирс многократно выступала за более гибкую и предсказуемую нормативную базу, включая известное письмо-исключение для стейкинга, которое она опубликовала в одностороннем порядке несколько лет назад.
Время объявления значимо. Буквально несколько дней назад Сенат не смог пройти голосование по закону CLARITY Act — первому за всю историю федеральному законопроекту, который должен был установить комплексную классификацию и стандарты для криптовалют, стейблкоинов и иных цифровых активов. Законопроект получал поддержку в обеих палатах Конгресса, но не хватило голосов на финальном этапе. Это означает, что пока криптоиндустрия остаётся в зоне неопределённости между мандатами SEC (рассматривающей активы как ценные бумаги) и CFTC (ведающей производными).
Позиция Пирс как комиссара имеет вес отчасти потому, что SEC — коллегиальный орган с тремя-четырьмя позициями от большинства и одной-двумя от меньшинства. Её голос и поддержка предложений могут влиять на направление, куда движется регулятор в отсутствие четких федеральных законов. Критики, однако, указывают, что позиция одного комиссара не меняет реальную практику ведомства на уровне enforcement и руководства.
Сам режим, о котором говорит Пирс, нуждается в уточнении. SEC обычно предлагает регуляторные подходы либо через официальные рулмейкинги (долгие и открытые для публичного комментария процессы), либо через рекомендации и письма. Если речь идёт о полноценном рулмейкинге, он ещё должен пройти окончательное голосование и публикацию. Криптоиндустрия ждёт не просто позитивных сигналов, а конкретного текста правил — например, по статусу децентрализованных сетей, момента, когда токен перестаёт быть ценной бумагой, или процедурам для стейблкоинов.
На практике в России применимость любых изменений в SEC ограничена, но косвенно влияет на весь рынок. Российские блокчейн-компании и трейдеры часто сталкиваются с давлением регуляторов именно потому, что международные стандарты остаются неясными — если в США неясно, что делать с крипто, в России тем более. Локально более актуально наблюдение за подготовкой российского закона о цифровых финансовых активах и виртуальных активах — его принятие даст куда более прямое воздействие на стартапы, платёжные системы и трейдинг на отечественном рынке. Инструменты вроде Signum для расчётов и смарт-контрактов будут напрямую зависеть от того, как Россия определит правовой статус криптотранзакций.
Общий контекст таков: после краха FTX и многих других проектов регуляторы и политики осознали необходимость более ясных правил — как для защиты инвесторов, так и для стимула развития легитимного сегмента. Однако согласовать позиции между разными ведомствами (SEC, CFTC, OCC), политическими партиями и лобби по-прежнему сложно. CLARITY Act провалился не потому, что законопроект был плохим, а потому что в последний момент не хватило простого большинства голосов — и это показывает, как поляризована тема на Капитолийском холме.
Для криптосообщества поддержка Пирс — положительный сигнал, но не гарантия. Её голос в SEC один из четырёх-пяти, и в зависимости от того, кто займёт пост председателя и какова будет ещё одна новая позиция в составе Комиссии, реальная практика может оставаться жёсткой. История же показывает: криптоиндустрия лучше всего развивается при ясных правилах, даже если они жёсткие, чем при регуляторной неопределённости.