В октябре 2026 года Anthropic готовится к IPO, но компания переживает его совсем не так, как обычные tech-стартапы. Обычных акционеров, которые купят акции на публичном рынке, почти полностью отстранили от управления. Это не новая идея в Силиконовой долине — многоуровневые структуры акций позволяли Маску и Цукербергу оставаться в контроле, не владея большинством. Но Anthropic пошла дальше: построила такую же сложную систему, как в пьесе XVIII века о борьбе за власть.

Фундамент этой конструкции — статус публичной благотворительной компании (public benefit corporation). Формально это даёт совету директоров право принимать решения по AI-безопасности без давления акционеров, которые требуют прибыли. Звучит правильно, но на практике означает, что даже если вы владеете акциями Anthropic, компания может двигаться в направлении, которое вам не нравится, — и вы не сможете это изменить голосованием.

Второй уровень — Long-Term Benefit Trust (LTBT), независимый фонд в духе классических благотворительных советов. Его члены (в том числе бывший председатель ФРС Бен Бернанке и физик Кристофер Стаббс из Гарварда) контролируют специальный класс акций, дающий им право избирать большинство директоров. Фонд сам себя пополняет — новых членов выбирают существующие члены, без участия акционеров. Это почти как наследственная аристократия, но для корпоративного управления.

Третий уровень — семь основателей компании (включая братьев Дарио и Даниелу Амодеи) держат собственный класс акций с 50,1% голосов акционеров. Если хотя бы четверо из них согласны, они избирают трёх директоров сами, минуя общее голосование. Это гарантирует, что даже если LTBT и совет начнут дрейфовать, основатели смогут их поправить.

Четвёртый уровень — сотрудники получают непредвиденный рычаг. Если LTBT пытается избрать или убрать одного из своих четырёх директоров (так называемого Specified director), совет может отклонить это и отправить вопрос на голосование сотрудникам. Это напоминает ситуацию в OpenAI в 2023 году, когда доска уволила Сэма Альтмана, но сотрудники взбунтовались, и её пришлось вернуть. Anthropic фактически узаконила такой механизм.

Главная проблема в том, что эта система работает только до тех пор, пока интересы основателей, LTBT, совета и сотрудников совпадают. Если основатели поссорятся между собой, если LTBT будет считать, что совет слишком меркантилен, или если сотрудники поддержат совет против фонда — система может заклинить. Похоже, Anthropic опасается, что выход на публичный рынок расшатает управление, поэтому и построила эту девятиуровневую матрёшку власти.

Для бизнеса в России это структура интереса главным образом как пример: российские компании, идущие на IPO, редко сталкиваются с попыткой сохранить контроль через многоуровневые акции. Но если русский стартап захочет защитить долгосрочную стратегию от давления спекулянтов, такие схемы потребуют согласования с регулятором (ЦБ рассматривает условия листинга). В то же время если в вашей компании критична безопасность данных или вы хотите остаться независимы от больших акционеров, похожий подход (разные классы акций, назначение независимого совета) может быть полезен — при условии, что вы готовы к прозрачности и что инвесторы примут такие условия.

В долгосрочной перспективе контроль основателей закончится сам собой: через 10 лет после IPO они смогут отказаться от него, или он автоматически исчезнет, если останется меньше трёх основателей. Тогда LTBT продолжит работать, пока 85% обычных акционеров не проголосуют за его упразднение. Если никаких катастроф не произойдёт, через 15-20 лет Anthropic может трансформироваться в обычную корпорацию с обычными акционерами, у которых будет реальный голос. А может быть, и не трансформируется — всё зависит от того, как компания эволюционирует и что произойдёт в мире ИИ.