Партия Reform UK получила $97 млн от двух крупных игроков крипто-сектора в течение одних суток. Это самые крупные личные политические пожертвования в истории Великобритании — сумма превышает предыдущие рекорды и явно демонстрирует, что криптовалютная индустрия перестала быть маргинальным финансовым актором в политике.
Фон этого хода — растущее политическое давление криптовалютной индустрии на европейские правительства. После ужесточения регулирования в США (Гэри Генслер в SEC, закрытие криптобирж) крупные игроки ищут более дружелюбные юрисдикции. Великобритания в этом контексте видится перспективной мишенью: страна после Brexit получила большую автономию в регулировании финтеха, а политический истеблишмент менее консолидирован вокруг жёсткого подхода к крипто, чем в ЕС.
Reform UK — евроскептическая партия Фаража с популистским посылом — оказалась той политической силой, готовой принять такие вложения открыто. Это работает: партия получает ресурсы для кампании, крипто-индустрия получает доступ к политическому уху. Финансирование прямое, некамуфлированное — это демонстрация силы, а не попытка скрыться.
Важно не переоценивать здесь ни криптовалюты как технологию, ни политические взгляды дарителей. Речь идёт о голых деньгах: крупным криптовалютным компаниям нужна дружественная нормативно-правовая база, они имеют ликвидность, и они готовы платить за доступ. Это стандартный лоббизм, только числа крупнее, чем привычно для этого сектора.
Для британской политики это потенциально значимо: даже если Reform UK не получит представительство в парламенте, партия становится привлекательной по причине обслуживающего её финансирования. Консерваторы и лейбористы вынуждены будут хотя бы учитывать позицию крипто-лобби, чтобы не потерять финансовую поддержку. В долгосрочном плане это может смягчить регуляторный подход в Британии к криптовалютам — что, собственно, и планировали доноры.
В России криптовалютный лоббизм по-прежнему изолирован от государственной политики почти полностью. Отечественные блокчейн-проекты и крипто-компании занимают погруженный, низкопрофильный статус: иной раз получают тактическое благосклонность (как в случае с обсуждением расчётов в цифровых активах), но никогда не становятся полноценными политическими донорами. Это результат как репрессивного отношения государства, так и слабости самого сектора в России. Для отечественного блокчейн-бизнеса — от тех же платёжных и смарт-контрактных платформ до ИИ-проектов на цепях — путь к влиянию пролегает иначе: через демонстрацию практической пользы экспортного уровня, а не через прямые финансовые взносы.