После крупного взлома Bitget в начале этого года, когда злоумышленники похитили $387.5 млн, криптообщество столкнулось с классическим вопросом: а может ли блокчейн-протокол вообще помешать преступникам использовать его инфраструктуру? THORChain — сетевой протокол для кроссчейн-свопов — не заблокировал адреса, связанные с украденными средствами. Теперь возникает неприятная для разработчиков ситуация: если они отказываются это делать, не делает ли это их соучастниками отмывания денег?
Вопрос о юридической ответственности разработчиков децентрализованных протоколов — давняя головоломка криптоиндустрии. В США и ЕС регуляторы потихоньку пытаются применять нормы о борьбе с отмыванием денег (AML) и противодействии финансированию терроризма (CFT) к самим создателям ПО. Но как привлечь к ответственности разработчика за то, что его код используется по назначению? Если THORChain — действительно децентрализованный протокол без единого оператора, кто именно будет обвиняться? Это ключевая правовая неопределённость.
Криптоюрист Юрий Бриссов (известный своими работами по криптолегислатуре) правильно подчеркнул, что ответ действительно сложный. С одной стороны, если разработчики осознанно оставили «задние двери» для блокирования адресов, но отказываются их использовать после взлома, это может быть квалифицировано как содействие отмыванию. С другой — если функция блокирования просто отсутствует в архитектуре протокола, разработчикам сложнее приписать личную вину. Американская прецедентная практика по таким случаям всё ещё формируется, и прокуроры экспериментируют с разными теориями вины.
Важно понимать контекст: THORChain позиционируется как полностью децентрализованная сеть, где ни один оператор не контролирует валидаторов или не может произвольно цензурировать транзакции. Это её главная фишка и её главная проблема с регуляторами одновременно. Если даже основатели захотели бы добавить блокирующий функционал, это потребовало бы консенсуса держателей токенов и нескольких майнеров. Бюрократический лабиринт на блокчейне — не совсем оправдание в суде, но это реальная техническая сложность, которую прокуроры часто упускают.
Для российского бизнеса, работающего с крипто или блокчейном, это новость мрачного характера: если в будущем ужесточится законодательство о ответственности за использование пути отмывания через децентрализованные протоколы, вопрос перейдёт и на локальные разработчиков децентрализованных сервисов. Сейчас риск ещё теоретический, но уже сейчас имеет смысл при разработке таких систем консультироваться с юристами на предмет функции блокирования или очищения адресов — пусть даже если полностью децентрализованная архитектура это затруднит.
Пока что это в основном американская проблема, но прецеденты в США часто задают тон для ЕС и косвенно влияют на позицию Банка России и ФСБ. THORChain, вероятно, продолжит работать, так как он по сути самоуправляемая система без лиц для судебного преследования. Но это говорит о более общей проблеме: полной безответственности децентрализованных систем перед законом — которая рано или поздно приведёт к попыткам её устранить, причём методами, которые могут сильно навредить инновациям в пространстве блокчейна.