Strive, компания, сфокусированная на аккумуляции биткойна, объявила о покупке дополнительно 1,223 BTC на сумму $335 млн. После этой сделки её общие холдинги выросли до 36,818 монет, что позволило компании обойти Marathon Digital Holdings по объёму накопленного биткойна. Таким образом, в рейтинге крупнейших корпоративных держателей BTC остались только MicroStrategy (с 226,500+ монет) и Grayscale Bitcoin Mini Trust выше Strive.
Интересно, что в отличие от классических вариантов финансирования или использования операционной прибыли, Strive финансирует свои покупки в основном через выпуск новых акций. Это делает её модель зависимой от привлекательности её бумаг для инвесторов и готовности рынка финансировать прямое накопление биткойна таким способом. На фоне недавних скачков курса BTC выше $100 тыс. такая стратегия выглядит вполне логичной: акции растут вместе с ценой актива, что облегчает привлечение капитала.
Фон здесь важен: в 2024 году произошла явная переоценка отношения традиционного финансового рынка к биткойну как стратегическому активу. Когда MicroStrategy начала свою программу накопления в 2020 году, это считалось экзотикой. Теперь это почти стандартная практика для компаний, которые воспринимают BTC как хеджирование против инфляции или вообще как основной бизнес. Появление спотовых ETF на биткойн (в январе 2024 в США) лишь усилило эту тенденцию, снизив барьер входа для корпоративных игроков.
Что реально важно: агрессивное накопление Strive, Marathon и им подобных — это не просто спекуляция на росте цены. Это попытка позиционировать себя как долгосрочные держатели крупных объёмов биткойна. Когда такие объёмы выводятся из биржевого оборота и обещают не продаваться, это влияет на динамику предложения и спроса. Вопрос, кто продаст на локальных вершинах и когда — открыт, но пока такие компании держат позиции, это поддерживает наррав сокращающегося предложения.
Модель Strive показывает и определённую наивность, и практицизм одновременно. Наивность в том, что компания полностью зависит от роста цены BTC для финансирования своих покупок через эмиссию акций — если курс упадёт, привлечение капитала осложнится. Практицизм — в том, что в условиях благоприятного рынка это работает гораздо быстрее, чем операционная генерация прибыли. Но это означает, что её стратегия работает только в восходящем тренде, а её холдинги напрямую зависят от аппетита публики к её акциям.
В российском контексте такие сценарии пока невозможны в официальном виде: биткойн как активный актив для корпоративного баланса не одобрен локальным регулятором, и покупка крупных объёмов встретит серьёзные барьеры. Однако высокотехнологичные и финтех-компании, работающие на Сигнум или других блокчейн-платформах, могут рассматривать аналогичные стратегии через структуры вне России или через цифровые активы, одобренные локально. Если говорить о практическом применении: компаниям из крипто-сектора само по себе имеет смысл диверсифицировать свои резервы за счёт BTC не только как стратегического актива, но и как защиты от волатильности собственного токена.
Главное, что сигнализирует такая активность: мейнстримные инвесторы и крупные компании всё более серьёзно относятся к биткойну как к активу долгосрочного хранения. Когда компания с миллиардными капитализациями выстраивает бизнес-модель вокруг накопления BTC, это перестаёт быть маргинальным экспериментом — это становится частью обычного рынка.