На этой неделе президент Трамп провёл встречу с лидерами индустрии искусственного интеллекта, на которой было объявлено о переименовании. Отныне в официальных документах США это уже не «artificial intelligence», а «super intelligence». Это не просто риторический жест — указ предписывает американским официальным лицам использовать именно этот термин. Одновременно с этим был подписан «Joint Commitment on Frontier Responsibilities» — пакт по ответственности перед обществом, который подписали руководители OpenAI, DeepSeek, xAI, Meta, Microsoft и Google, а также Dario Amodei из Anthropic.
Однако суть соглашения вызывает серьёзные вопросы. Согласно описанию самого Трампа, оно «морально обязывающее» — формулировка, которая означает, по сути, отсутствие юридических последствий вообще. Sean O'Kane из TechCrunch прямо назвал документ «абсолютно добровольным и глубоко необязательным», добавив, что авторы контракта умудрились неправильно написать название страны — «United States» (за это можно догадаться, что документ собирали в спешке). Реального механизма контроля, штрафов или ответственности в пакте нет.
Но по оценке Kirsten Korosec, главное здесь не в самом соглашении, а в переделке имиджа. «AI убьёт нас, это страшно, оно возьмёт рабочие места — но super intelligence — нет», — именно эту мысль продвигает администрация. Переименование служит целью отделить технологию от негативных ассоциаций (расчёты на вытеснение рабочих, экзистенциальные риски), прикрепив её новому, более позитивному образу. Это началось с пресс-конференции, которая сама по себе стала интернет-мемом из-за странного поведения собранных вместе tech-CEO, и продолжилось анонсом «Super Intelligence Force».
Стоит заметить, что неделю назад политика была прямо противоположной. Трамп утверждал, что США не нужна никакая регуляция искусственного интеллекта, что ограничения опасны, а сторонники таких мер — это агенты КНР или демократов. Резкий поворот произошёл после встречи с Dario Amodei (CEO Anthropic), который пару дней назад получил приглашение на 10-вечернюю встречу с президентом. Это говорит не о смене убеждений администрации, а скорее о необходимости демонстрации согласия с индустрией для целей внешней политики и дипломатии.
Внутри самой администрации позиции расходятся. Министерство обороны по-прежнему критикует Anthropic как компанию, которая якобы слишком озабочена этикой и представляет угрозу национальной безопасности. Emil Michael регулярно высказывается в том же духе. Казначейство, напротив, относится к компании благожелательно. Это означает, что документ на самом деле ничего не изменил — внутригосударственные споры о том, с кем работать и на каких условиях, продолжаются.
Что касается практического значения пакта для самой индустрии — оно минимально. Соглашение не содержит конкретных обязательств, сроков, измеримых целей или процедур проверки. Компании обещают вести себя ответственно, но определение этого понятия остаётся за каждой из них. В этом смысле пакт похож на множество подписанных ранее деклараций о добрых намерениях, которые не привели ни к какой трансформации отрасли.
Для российского бизнеса, работающего с ИИ и автоматизацией, такие сигналы из Вашингтона важны скорее для понимания глобального тренда. Переименование и переделка имиджа — это признак того, что технология уже интегрирована в экономику настолько плотно, что регуляция неминуема, но проводиться она будет максимально мягко и при тесном сотрудничестве с крупными корпорациями. Российское регулирование (постановление № 1735 по маркировке контента на основе ИИ, требования по сохранению персональных данных) развивается более директивно, но общий вектор — принятие технологии как данности, а не фундаментальное ограничение — совпадает.
Meta Platforms Inc. признана экстремистской организацией, её деятельность запрещена на территории РФ; это относится и к принадлежащим ей социальным сетям Instagram и Facebook.