Stacey Cunningham, совсем недавно возглавивший платформу цифровых активов Bullish, сформулировал интересный тезис о токенизации ценных бумаг: дело не столько в самой технологии блокчейна, сколько в том, готовы ли компании-эмитенты менять свою инфраструктуру. Как человек, который руководил Нью-йоркской фондовой биржей, Cunningham хорошо знает эту экосистему изнутри — и понимает, где реальные узкие места.

Ключевой ход Bullish — планируемое приобретение Equiniti, компании, которая работает с реестром акционеров и обслуживает саму механику выпуска и управления ценными бумагами. Это стратегическое решение: вместо того чтобы убеждать эмитентов попробовать блокчейн через внешнюю платформу, Bullish покупает компанию, уже встроенную в их рабочие процессы. Инфраструктура Equiniti уже знакома регистраторам и корпоративным секретарям — добавить сюда токенизацию технически проще, чем внедрять совсем новое решение.

В этом подходе есть логика, отличающая его от многих других крипто-проектов, которые начинают с технологии и потом ищут применение. Cunningham движется в обратном направлении: берёт реальную боль рынка (нужна ликвидность приватных акций, нужны 24/7 торги) и предлагает решение, которое встраивается в существующие процессы, а не заменяет их с нуля. Само наличие бывшего CEO NYSE на посту президента — это не маркетинг для крипто-аудитории, а сигнал для традиционного финансового истеблишмента.

Вопрос в том, решит ли это фундаментальную проблему. Даже если техническая часть будет идеальной, эмитентам нужны причины менять регистратора или добавлять новый слой выписки. Tokenized securities работают в нишевых случаях — скажем, для частных компаний, которым нужна вторичная торговля среди инвесторов, или для облигаций с режимом торговли вне биржи. Но идея, что традиционные публичные компании массово перейдут на блокчейн-реестры, пока выглядит оптимистично. Регулирование в разных странах всё ещё неоднозначно, а риск — вполне реален.

Для российского бизнеса токенизация может быть практически полезна в конкретных случаях: управление долгом (облигации), краудфандинг через токены в рамках действующих правил ЦБ, или интеграция с платформами вроде Signum для смарт-контрактов и автоматических расчётов. Но это скорее инструмент для специфических операций (например, синдицирование инвестиций или международные расчёты между партнёрами), чем массовая замена традиционных реестров.

Bullish вкладывается в реальную инфраструктуру, а не только в маркетинг, — это уже выделяет компанию среди крипто-проектов. Но успех будет зависеть не от красоты платформы, а от того, убедит ли Cunningham регуляторов и эмитентов, что это действительно удобнее и дешевле, чем текущее положение дел.

Алексей Мартыненко

Алексей Мартыненко

Главный редактор SPV News

Cunningham прав в главном: технология блокчейна для токенизации уже готова, узкое место — это готовность эмитентов менять привычные процессы. Приобретение Equiniti логично: это не попытка навязать крипто с нуля, а встраивание в существующую экосистему финансовой инфраструктуры. Правда, реальная волна adoption будет зависеть от того, появятся ли мощные экономические причины (ликвидность, снижение издержек) для самих корпораций, а не только для финтеха.