Спрос на токенизированные акции растёт экспоненциально — за последний год объём перпетуальных фьючерсов подскочил почти в 37 раз. На первый взгляд это выглядит как классический крипто-бум, но журналист CoinDesk Joshua DeVos указывает на проблему, которую индустрия упорно игнорирует: за одинаковыми тикерами стоят совершенно разные инструменты с разными правами и рисками для держателя.

Суть проблемы в том, что два токена, торгующихся под одним названием (например, «AAPL»), могут представлять принципиально разные активы. Один может быть настоящей долей собственности в компании с правом голоса на собрании акционеров, дивидендами и прочими атрибутами акции. Другой — это просто синтетическая позиция, контракт на разницу цены, где ты не владеешь ничем реальным, а договариваешься с платформой о том, что получишь прибыль, если цена вырастет. На бумаге это выглядит одинаково, а на деле — совсем разные активы с совсем разными рисками.

Проблема усугубляется тем, что рынок растёт быстрее, чем регулирование или даже сам рынок разбирается в том, что именно он торгует. Новичок видит токен с тикером акции и предполагает, что это акция, но на деле может получить право только на спекуляцию. Если платформа упадёт или будет заморожена, настоящие акционеры потеряют не всё (у них есть права в реальной компании), а держатели синтетических позиций могут лишиться всего.

Это не новая проблема — она существует и в традиционном финансе (CFD, синтетические бумаги), но в крипто она обостряется из-за скорости торговли, анонимности и отсутствия центрального реестра. Когда крипто-платформа выдаёт токен AAPL, ничто не гарантирует, что этот токен действительно обеспечен акциями Apple в соответствии с количеством выпущенных токенов. Аудит и обеспечение (proof of reserve) встречаются редко и часто неполны.

Рост объёмов здесь скорее признак появления новой спекулятивной ниши, чем развития настоящей финансовой инфраструктуры. Платформам выгодно выпускать синтетику — они зарабатывают на спреде и взимают комиссии, а ответственность за исполнение не так жёстка, как если бы они действительно держали акции в кастодии. Инвесторы идут туда, где легче торговать и выше кредитное плечо, не задаваясь вопросом, что именно лежит в основе токена.

Для российского бизнеса эта ситуация пока что в основном теоретический риск, потому что токенизированные акции российских компаний практически не распространены, и регулирование ЦБ это не санкционирует. Но для российских инвесторов, торгующих иностранными токенизированными акциями на криптовалютных биржах, риск вполне реален — они могут оказаться держателями синтетических позиций без понимания этого. Если в будущем появится собственная инфраструктура для токенизации (что обсуждается в контексте цифровых финансовых активов), разница между реальной долей и синтетикой будет критична для защиты прав инвесторов.

Ключ к решению — полная прозрачность структуры: на каждом токене должна быть чёткая маркировка, является ли это прямым правом собственности или синтетической позицией, и какие риски это несёт. Пока индустрия этого не делает, громкие цифры про рост рынка — это только рост спекуляции, а не рост инвестиционной инфраструктуры.